— Распят, говоришь, как Иисус? И нам нужно ехать туда? А как же Ватикан? Ты сказал, что после нашего выступления на телевидении нам нужно… Ах, Эмилио… Понимаю. Но почему Эмилио не может этим заняться, а мы будем работать по намеченному плану… Хорошо. Ну хорошо. Мы поедем. — Елена Вида, недовольно вздохнув, опустила мобильник и небрежно швырнула его в бардачок крошечного автомобиля. Ее зеленые глаза сверкали от гнева, как у дикой кошки. Александр Розин сидел рядом. Он знал свою подругу достаточно хорошо и понимал, что сейчас к ней нечего соваться.

— Что случилось? — осторожно спросил он. — Великие державы разом по ошибке подорвали весь ядерный боезапас или во всем мире разразилась чума?

Обычно этого было достаточно, чтобы Елена хотя бы улыбнулась, но она вела себя сдержанно. Выехала на своем «Фиате-500» на дорогу и включила левый поворотник.

— Если поедем прямо, то доберемся до Ватикана быстрее, — сказал Александр.

— Мы не поедем в Ватикан.

— Кто это сказал?

— Лаура.

В эти три слога Елена умудрилась вложить столько злости, будто Лаура Моничини, новый главный редактор «Мессаджеро ди Рома», была дьяволом во плоти.

— Давай ты немного успокоишься и расскажешь мне в двух словах, что произошло, — предложил Александр. — Или мне засыпать тебя идиотскими вопросами, как эта телекурица?

Александр бросил взгляд через плечо, назад, где только что скрылась из виду телестудия. Он с содроганием вспомнил, как выходил к камерам, и поклялся, что еще не скоро повторит нечто подобное. События, связанные с Папой Кустосом и «истинным подобием Христа», были еще свежи в памяти. А журналистка все спрашивала про его отца, и этого никак нельзя было избежать.