«Скорее всего, я слишком впечатлительный», — думал Александр. Теперь он сам был журналистом, по крайней мере, пытался стать им. Неужели он не научился отдавать должное профессиональному любопытству своих коллег? Но одно дело — задавать вопросы, и совершенно другое — отвечать на них.
Елена повернула на перекрестке и сказала:
— Наш любимый коллега Эмилио Пети будет работать в Ватикане, пока мы поедем осматривать место убийства священника на Трастевере.
— Убийство священника? Именно сегодня?
— То же самое сказала Лаура. Она считает, что такое убийство, даже если оно немного затрагивает тему раскола Церкви, хотя бы каким-нибудь неправдоподобным образом, — это отличная возможность поставить на передовицу крупный заголовок.
Александр ухмыльнулся:
— Я начинаю понимать, что скрывается под сенсационными заявлениями журналистов. — Но тут же его лицо снова стало серьезным. — Ты говорила с Лаурой о том, что он вроде бы распят.
— Лаура сказала, что священника прибили гвоздями к кресту в его собственной церкви. Его там и нашли.
— Да, эта новость подходит для заголовка к передовице. Хотя я бы все же предпочел отправиться в Ватикан.
Теперь усмехнулась Елена.
— Журналист предполагает, а главный редактор располагает. Это, дорогой мой, первое правило, которое ты должен зазубрить, если хочешь научиться работать в нашей когорте.
Они быстро приближались к месту происшествия. Улицы не были так запружены, как в другие дни в это же время. Каждый, кому не нужно было куда-нибудь ехать, сидел сейчас перед телевизором и смотрел один из многочисленных каналов, которые в срочном порядке прервали свои программы и выходили в эфир, транслируя экстренные выпуски новостей о расколе Церкви. Благодаря тому что Елена очень хорошо знала город, она быстро и уверенно вела свой маленький «фиат» по узким улицам Трастевере, пока не уперлась в затор.